Сайт закрывается на днях... Со дня на день...
STAND WITH
UKRAINE
21 - полное совершеннолетие... Сайт закрывается. На днях. Со дня на день.
 Добро пожаловать!  Регистрация  Автопилот  Вопросы..?  ?  
   
  НачалоАвторыПроизведенияОтзывыРазделыИтогиПоискОпросыНовостиПомощь   ? 
Вход в систему?
Имя:
Пароль:
 
Я забыл(а) пароль!
Я здесь впервые...

Сводки?
• Михаил Гофайзен
Общие итоги
Произведения
Авторы
 Кто крайний?
algon

Поиски?
Произведения - ВСЕ
Отзывы - ВСЕ
 Способы выживания
ВСЕ в разделе
Произведения в разделе
Отзывы в разделе
 Михаил Гофайзен
ВСЕ от Автора
Произведения Автора
Отзывы Автора

Индексы?
• Михаил Гофайзен (23)
Начало
  Наблюдения (16)
По содержанию
  Лирика - всякая (6141)
  Город и Человек (391)
  В вагоне метро (26)
  Времена года (301)
  Персонажи (300)
  Общество/Политика (122)
  Мистика/Философия (648)
  Юмор/Ирония (639)
  Самобичевание (101)
  Про ёжиков (57)
  Родом из Детства (341)
  Суицид/Эвтаназия (75)
• Способы выживания (314)
  Эротика (67)
  Вкусное (38)
По форме
  Циклы стихов (141)
  Восьмистишия (263)
  Сонеты (114)
  Верлибр (164)
  Японские (176)
  Хард-рок (46)
  Песни (158)
  Переводы (170)
  Контркультура (6)
  На иных языках (25)
  Подражания/Пародии (148)
  Сказки и притчи (66)
Проза
  Проза (633)
  Миниатюры (344)
  Эссе (33)
  Пьесы/Сценарии (23)
Разное
  Публикации-ссылки (8)
  А было так... (477)
  Вокруг и около стихов (88)
  Слово редактору (11)
  Миллион значений (40)

Кто здесь??
  На сервере (GMT-0600):
  17:43:44  02 Feb 2023
1. Гости-читатели: 24

Смотрите также: 
 Авторская Сводка : Михаил Гофайзен
 Авторский Индекс : Михаил Гофайзен
 Поиск : Михаил Гофайзен - Произведения
 Поиск : Михаил Гофайзен - Отзывы
 Поиск : Раздел : Способы выживания

Это произведение: 
 Формат для печати
 Отправить приятелю: е-почта

ДВА ФРАГМЕНТА ЖИЗНИ (через сто лет)
05-May-12 01:31
Автор: Михаил Гофайзен   Раздел: Способы выживания
Фрагмент Первый

ПЕРВАЯ СТУПЕНЬ (в сокращении)
Леонид Андреев

«…близкое разрешение «еврейского вопроса», древнейшего и самого темного из алогизмов, мне кажется чудесным, веет чем-то праздничным на душу, вызывает чувство светлой и огромной радости, близкой к благоговению... И то, что для меня, как и для многих других русских писателей, все это никогда не было даже вопросом, отнюдь не умаляет чувства необыкновенности…
И как мне, русскому интеллигенту, не чувствовать этой необыкновенности, когда наряду с разрешением «вопроса» вдруг раскрепощается и моя душа, выскакивает из замкнутого круга привычно тяжелых и однообразных переживаний, избавляется от боли, которая, сопровождая меня всю жизнь, приобрела все черты тех хронических и неизлечимых страданий, от которых избавление только в могиле. Ведь если для самих евреев черта оседлости, норма и прочее являлось роковым и неподвижным фактом, искажавшим всю их жизнь, то для меня, русского, она служила чем-то вроде горба на спине, неподвижного и уродливого нароста, неизвестно, когда и при каких условиях полученного. Но куда бы я ни шел и что бы я ни делал, горб тащился со мною; он ночью мешал мне спать, а в часы бодрствования, на людях, он преисполнял меня ощущением конфуза и стыда, как ходячую, хотя и безвинную кривду…
…И, сознавая это, видя ясно, как Б-жий день, что в еврейском «вопросе» нет никакого вопроса, – я, русский интеллигент, счастливый представитель державного племени, чувствовал себя бессильным и обреченным лишь на бесплоднейшее томление духа. Ибо все ясные доводы моего интеллигентского ума, самые горячие тирады и речи, искреннейшие слезы сочувствия и вопли негодования неизменно разбивались о какую-то глухую и неотзывчивую стену. А всякое бессилие, если оно не способно помешать преступлению, становится соучастничеством; и вот получилось в конце концов дикое положение: ни в чем лично не погрешив против брата, для всех третьих лиц и для самого брата я приобретал отталкивающее обличие Каина…
И первым следствием моего рокового бессилия было то, что еврей не верил мне, а вместе с этим я лишался и собственного доверия…
Сожительствуя с евреями как их согражданин… я… каждый день буквально лицом к лицу становился перед еврейским «вопросом» – и каждый день с невыносимой остротой испытывал всю фальшь и жалкую двусмысленность моего положения как угнетателя поневоле. В докторском кабинете, у себя за столом, в редакции, на улице, наконец, даже в тюрьме, где одинаково с евреем выполнял я общественную повинность, – я всюду, везде оставался привилегированным «русским», представителем державного племени, бароном, хотя без баронского герба. И с ужасом я видел, как даже в глазах друга-еврея мелькает какая-то тень... какие-то страшные образы встают за моими русскими и дружескими плечами и в мою искреннюю речь о «гражданстве мира» вплетают совсем неподходящие звуки и голоса... А ведь он меня знал, знал мое отношение к евреям, – а что же с теми, которым известно про меня только то, что я «русский»?
Помню, как я однажды целую ночь спорил с одним талантливейшим писателем-евреем, моим случайным и радостным гостем. И я убеждал его, что он, редкий мастер слова, должен писать, а он упорно твердил, что, всей своей душой художника любя русский язык, он не может писать на нем – на том языке, где существует слово «жид». Конечно, логика была за мною, но за ним стояла какая-то темная правда (она не всегда бывает светлою), и я чувствовал, что постепенно мои горячие убеждения начинают звучать фальшью и дешевым пустозвонством. Так я и не убедил его...
…сколько диких, кошмарных недоразумений порождал ядовитый болотный туман, в котором бродили все мы, друзья и враги, в котором очертания самых простых предметов и чувств приобретали зловещую искаженность фантомов. Не могу здесь не вспомнить о кошмарном, в свое время нашумевшем случае с Е.Н. Чириковым: благороднейший и пламенный защитник гонимого племени, автор драмы «Евреи», послужившей, как ни одна другая русская драма, к рассеянию злостного предрассудка, – он вдруг самым бессмысленным образом, без тени каких бы то ни было оснований, был оскорблен обвинением в антисемитизме; и нужно было еще доказывать, что это – неправда. Какая тяжелая, какая со всех сторон позорная бессмыслица!
Кому все это нужно? Кто же этого не знает? Думал с тоскою каждый из нас, снова и снова видя перед собой мучительную необходимость: убеждать кого-то неверующего, что дважды два – четыре... четыре!!!
А за границей? «Какая несправедливость!» – думал я, когда вся эта культурная заграница, отделив от меня Толстого, точно я его украл, немедленно предъявляла мне строжайший счет за известные всему миру «эксцессы» и недвусмысленно косилась на мой извечный горб. Но она не желала знать, что я тоже вообще против этого, для нее я был русским, и говорила она так: скажите, почему у вас, в России?..
Смешно теперь и дико подумать, что наше пресловутое «варварство», в котором обвиняют нас враги и которое наших друзей делает столь нерешительными и конфузливыми, все целиком и исключительно основано на нашем еврейском вопросе и его кровавых эксцессах. Отнимите от России эти эксцессы, оставьте даже антисемитизм, но в тех, внешне пристойных формах, в которых его доживают зады самой Европы, и мы сразу станем очень приличными европейцами, отнюдь не азиатами и варварами, место которых – за Уралом…
Да, конечно, мы очень отстали в культурном отношении, крайне слабо развита наша промышленно-экономическая жизнь, не высока наша гражданственность, и во всех формах быта чувствуется ясно, что мы еще только начинаем и уже сделали довольно много для народа, который всего пятьдесят лет назад уничтожил крепостное право, и в крайнем случае справедливый европеец может упрекнуть нас только в малокультурности. Но произнесите рядом с «русским» слово «еврей» – и я сразу становлюсь варваром, темным и страшным человеком, от которого веет холодом и мраком на светозарную Европу; тотчас же начинают меня ненавидеть в Америке, презирать в Англии и Франции, с быстротою театральных превращений из соотечественника Толстого я превращаюсь в родного брата тех, которые загоняют гвозди в голову, – я варвар. И даже немецкий антисемит, существо тупое и ничтожное, смотрит на меня свысока и предупреждает Англию: смотрите, с кем вы идете – ведь это те самые, которые!..
Кому это выгодно, чтобы Европа презирала меня, ненавидела и боялась? – думал я в недоумении, чувствуя, как на европейском солнце безмерно вырастает мой проклятый горб, и словно экраном закрывает тот свет, который с «востока» и в который вообще не прочь бы поверить утомленный и пожилой Запад. Кому это нужно, чтобы я, как оплеванный, шатался среди культурных народов, избегал назвать себя русским и дикой роскошью «чаевых», бросаемых направо и налево, добывал иронический поклон, столь необходимый моему непризнанному достоинству? Варвар, варвар!..
Да простится мне, что в столь важный для еврейства час я упорно говорю не о нем, не о его страданиях, а о нас. Повторяю, для меня еврейский вопрос никогда не был вопросом, и мне нет надобности для оправдания новых мероприятий ссылаться на геройство евреев в деле обороны России, на их трагическую по своей верности любовь к России; доказывать же еще и еще раз, что «еврей – тоже человек», значило бы не только слишком низко кланяться абсурду, но оскорблять тех, кого любишь и уважаешь. И когда я настойчиво продолжаю говорить о себе и своих страданиях, то это не эгоизм личности, даже не грубый эгоизм класса – это простительный эгоизм целого народа, который слишком долго играл жалкую роль на подмостках Европы и в собственном сознании, который ныне, отрекаясь от страданий вчерашнего дня, в заре новых дней ищет возможности, – о, только возможности! – уважать себя.
Да, мы еще варвары, нам еще не верят поляки. Мы еще темный страх для Европы, неразгаданная угроза ее культуре, но мы больше не хотим ими быть, мы стосковались по чистоте и разуму, нас безмерно тяготит наше жалкое рубище. Еврейской трагической любви к России соответствует наша столь же трагическая в своей верности и неразделенности любовь к Европе, – ведь мы сами евреи Европы, наша граница – та же черта оседлости нашей, своеобразное российское Гетто. И пусть наши Пушкин и Достоевский, как ваш Бялик, доказывают Европе, что мы – тоже люди... нам не верят, как не верят и вам: вот то равенство, в котором можем все мы почерпать горькое утешение, вот та кара, которою справедливая жизнь мстит русским за страдания евреев!..
Заслуженно гордясь победами нашего славного воинства, как тщательно скрываем мы эту гордость, копим ее в душе, как драгоценнейшее, и как ненавистно отсюда всякое хвастовство и величание! Не с надменностью праведного фарисея идем мы к алтарю, а с покаянной молитвой: но яко разбойник исповедую Тя.
Надо всем понять, что конец еврейских страданий – начало нашего самоуважения, без которого России не быть. Пройдут черные дни войны, и нынешние «варвары-германцы» снова станут культурными германцами, к голосу которых снова будет прислушиваться весь мир. И необходимо, чтобы ни этот голос и никакой другой уже больше никогда не произнес во всеуслышание: «варвары русские».
(Литературный сборник «Щит»
Москва, 1916)


Фрагмент Второй

ПУСТЬ ВСЕГДА БУДУ Я...
Михаил Гофайзен
..................................................."И это всё?!"(с)

- 1-

Мы казнены, чтоб сказку сделать былью…

-2-
......................"...будем купаться в Римских фонтанах...
.......................дышать звёздами...а потом
.......................мы умрём... усталые, но счастливые"
..........................................................(В. Набоков)

Танцует серна за пайку сена.
Грядущим хамам - ты по колено.
На завтра – завтрак, а позже – ужин.
Для медитаций рояль не нужен.

На Лысой скучно - все твари серы.
Но в каждой луже краснеют кхмеры.
И мнится, будто топочут гунны.
Страшнее - в будни.
Слышней – в кануны.

Ломать - не строить.
«Пусть будет солнце!»
Росой рябинной трава нальётся.
Бить инородцев – всеобщий праздник.
«Кому не с нами, тем в спецзаказник!»

«Спасай, Россию! – ревут химеры. –
Пусть будет небо!
Всегда!
И вера!»

Меня убили из чувства долга.
Пусть будет мама - хотя б недолго…

-3-
........................"Да не будет ваша смерть хулою
........................на человека и землю...
........................этого прошу я у мёда вашей души"
.......................................................(Ф. Ницше)

в конечностях зажав по скалке добро и зло играют в салки
на веко камень накатив под вием вертится сизиф
софиты мучают артиста
нет сменщика-семинариста
перпетуум-гоголь том второй пинает пришлой головой
хандрящий демон суть кошмаров парит под хриплые фанфары

не пой красавица при мне за общий ренессанс во вне
пока душа летит на стрежень для каждой «для» найдётся стержень
потом же точно станет хуже - какое дерево из стружек -
в алмазах небо
травка в ситец
и гугл-моголь - летописец
считалка длится под скакалку
трубит трубач и жжёт губу вгоняя лёгкие в трубу

не страшен человек с винтовкой
страшней пандора с монтировкой
лицо (за счастье из-под палки) в борьбе краснеет на плацу
зачем спиноза молодцу
коль нравственность неизлечима в миру со слов иммануила
не поминайте лихо всуе – полезным кажется завет
каков горнист таков букет
из партитуры да попкорна да беготни под звуки горна

беда всегда найдёт арену и гладиатору замену
и богу богово вестимо ну и налимово налиму
козлу козлово и т.д. - не пей ивашка из биде
и уж прости меня подонка
но больше нет твоей алёнки
тюльпаны киснут на столе
окурки душ –
парад-алле во славу падшего артиста
где правит вечность средь мощей под гулкий глас Полифониста
и прячет смерть свою кощей

-4-
....................."...а потом мы умрём, даже не узнав,
.....................чего ради, собственно, жили."
...................................................(Дж. Редфилд)

Из тьмы кока-кольной на звон колокольный
надвинется вечер с пургой сердобольной.
Поднимутся цепи антенн из окопов,
грозя, словно Шпенглер, закатом Европы.

На рог Петропавловки, шпиль носорога,
наткнутся глаза, оставляя дорогу.
Порывам ветров и словам на подмогу
подтянется случай – поверенный Бога.

Меж жизнью и смертью сотрутся ограды
из ныне живущих и павших когда-то.
И в летопись славных побед и парадов
вонзятся голодные зубы блокады.

-5-
........................................говорят, мы подобны Богу,
........................................а Он нам?..

Вошёл в пике над ухом кровосос.
Но я быстрей. Да будет смерть. Аминь.
Здесь кажется бессмысленным вопрос,
зачем жужжит под абажуром жизнь.

-6-
......................"...ибо что такое жизнь ваша?
.......................пар, являющийся на малое время,
.......................а потом исчезающий".
........................................................(Иак.4:14)

фаренгейт потеплел.
отключился кофейник.
жил да был человек а потом только был.
птицы небо кроили на север.
«ты» есть тело а дух это «он»
повторял выметал рыжий веник.
и срываясь с небесных стропил
бился солнечный зайчик с осколком
как архангельский михаил.
«ты» когда-то кого-то запомнил.
«он» когда-то кого-то забыл.
безответные ветры как пени
начислял разносил почтальон.
«ты» истории более ценен
а кому и зачем нужен «он»
повторял метроном.
и кофейник
выбиваясь из крошечных сил
остывал
остывал
и остыл



–>

Произведение: ДВА ФРАГМЕНТА ЖИЗНИ (через сто лет) | Отзывы: 17
Вы - Новый Автор? | Регистрация | Забыл(а) пароль
За содержание отзывов Магистрат ответственности не несёт.

Принято мною
Автор: Геннадий Казакевич - 05-May-12 01:31
(подпись)

-> 

Да, покаяние, которое...
Автор: humptydumpty - 05-May-12 03:04
Да, покаяние, которое сейчас принято называть саморефлексией, наряду с жалостью и состраданием - отличительные черты русского народа, воспитанные его религиозной традицией.
Не знаю, наверное, в современном мире выгоднее быть гордым и амбициозным, но я рад, что, по крайней мере отчасти, принадлежу к русскому народу и у меня русская фамилия.

"беда всегда найдёт арену и гладиатору замену
и богу богово вестимо ну и налимово налиму
козлу козлово и т.д. - не пей ивашка из биде
и уж прости меня подонка
но больше нет твоей алёнки
тюльпаны киснут на столе"
-- у каждого {человека,народа} свои авторитеты, но попробуйте похожим образом переиначить какое-либо высказывание пророка Мухаммеда и опубликовать...

-----
С уважением,
Володя.

-> 

 Оба текста
Автор: Геннадий Казакевич - 06-May-12 23:28
Миша, оба текста - визуально вместе - это нечто большее, чем каждый из них в оттдельности. То, что здесь было раньше, имело больше смысла.

Спасибо!

-----
Геннадий К.
* * *
ANCORA IMPARO

-> 

знаем мы эти...
Автор: humptydumpty - 07-May-12 01:33
знаем мы эти песни :)
по-вашему, выходит тогда, что русская культура закончилась где-то в 969 году, далее сплошное иго.
блин, а ещё считаете себя патриотами, а от русской культуры сами открещиваетесь.
кто вы, и где вы таились все эти 1043 года, на каком языке писали, как пронесли веру перунову через века? :)

-----
С уважением,
Володя.

-> 

Вадим,
Автор: Михаил Гофайзен - 07-May-12 13:30
там же имена стоят. Первая часть, прозаическая, была написана почти 100 лет назад Леонидом Андреевым. Вторая, стихотворная мною.
:)


-----
МГ

->